2018 год для Порошенко начался крайне неудачно. Журналисты украинского бюро «Радио Свобода» сообщили о тайных каникулах президента на Мальдивах. По их оценкам, стоимость авиаперелета и проживания в течение шести ночей в отеле Cheval Blanc Randheli  шести взрослых и двух детей составило около 500 000 долларов США.

Общественное мнение Украины разделилось: с одной стороны, не секрет, что нынешний президент входит в пятерку самых богатых украинцев, и, по словам инвестиционной компании Dragon Capital, ему даже удалось увеличить свое состояние на семь процентов по сравнению с прошлым год. Поэтому может казаться, что ему не грех позволить недельный отпуск себе и своим близким в раю.

Другие справедливо отмечают, что в ситуации, когда продолжается российская агрессия, оккупация Крыма и части Донбасса, когда страна критически нуждается в военной и финансовой помощи, главнокомандующий вооруженными силами и глава государства мог быть более осмотрительным и придерживаться соответствующих стандартов поведения.

Несмотря на значительный резонанс и разногласия, обсуждение не отвлекло внимание общественности от еще одного деликатного вопроса, который свидетельствует о том, что после Майдана борьба старого и нового в Украине продолжается, а именно о судьбе Антикоррупционного суда.

Суд является недостающим звеном в борьбе с коррупцией на высшем уровне, в его отсутствие деятельность Национального антикоррупционного бюро и Специализированной прокуратуры по борьбе с коррупцией напоминает работу двигателя вхолостую: сотни дел «зависают» в нереформированных судах, и ни одно из коррумпированных высших должностных лиц до сих пор не получило официального  обвинения.

Петр Порошенко был открытым противником создания антикоррупционного суда.

В своем выступлении на Международном форуме YES в Киеве в сентябре 2017 года он прямо заявил, что антикоррупционные суды есть только в Кении, Уганде, Малайзии и Хорватии и не доказали свою эффективность. Вместо этого он настаивал на создании палаты по борьбе с коррупцией в рамках существующей судебной системы.

Однако под давлением проевропейской части общества и западных партнеров Порошенко изменил свое мнение, по крайней мере, в теории.

Законопроект о борьбе с коррупцией, представленный в последний день работы парламента в 2017 году, направлен на то, чтобы нивелировать идею создания эффективного судебного органа по борьбе с коррупцией на высшем уровне и вместо этого создать институт, подчиняющийся диктату нынешнего правительства.

Такая манипуляция использовалась уже дважды – в отношении Национального агентства по предупреждению коррупции и Государственного бюро расследований.

Несмотря на новогодние и рождественские праздники, началось горячее обсуждение президентского законопроекта. Девять украинских и международных гражданских организаций отметили, что законопроект противоречит выводам Венецианской комиссии и не обеспечивает «независимость антикоррупционной системы».

Transparency International выделила три основные проблемы, связанные с законопроектом.

Первое – сомнительная прозрачность процесса отбора судей. Вопреки рекомендациям Венецианской комиссии, роль общественного совета международных экспертов была намеренно уменьшена.

Во-вторых, предлагаемый закон об Антикоррупционном суде не покрывает весь масштаб преступлений, которые расследовало НАБУ. Вместо этого в Антикоррупционный суд могут передаваться дела о таких преступлениях, рассмотрение которых находится под юрисдикцией полиции или Государственного бюро расследований. Таким образом, суд можно будет завалить делами, которые не связаны с коррупцией на высшем уровне.

Наконец, требования, предъявляемые к кандидатам в судьи Антикоррупционного суда, слишком завышены, что станет искусственным препятствием для формирования и эффективно функционирующего  суда.

Вслед за общественными активистами Международный валютный фонд, Всемирный банк и Европейский союз подвергли критике президентский законопроект.

Итак, перед Порошенко встала дилемма, ведь 31 марта 2019 года состоятся следующие президентские выборы.

Недоброкачественные действия команды президента, такие как накопление средств, «чистка» информационного пространства, преследование активистов по борьбе с коррупцией и реорганизация местных судов с выборочной повторной аттестацией судей, возможны только до тех пор, пока Порошенко удается сохранять поддержку в политической и деловой среде.

Для большинства представителей украинской элиты внедрение электронного декларирования доходов и запуск новых органов по борьбе с коррупцией стали шоком. Они рассматривают формирование антикоррупционной триады в качестве прямой угрозы олигархическому режиму, который они, хотя и с потерями, но сумели сохранить после Революции достоинства 2014 года.

Они считают Порошенко гарантом статуса-кво. Теперь он может потерять это доверие.

Журналист из «Украинской правды» провёл ряд интервью с депутатами фракций Блок Петра Порошенко и Народного фронта.

Один из депутатов заявил в разговоре: «Какой-то дурак приезжает из-за границы и рассказывает нам как здесь жить и строить страну? Они создадут свой ручной суд, и на этом все – конец. Они закончат вертикаль: НАБУ-SAP-суд».

«Они думают, что могут оказать давление на Порошенко, и он заставит нас принять все проэкты. Но этого не произойдет. Не в этом случае», – сказал другой источник.

Более того, 23 января группа депутатов от правящей коалиции зарегистрировала законопроект, направленный на отмену уголовной ответственности чиновников за незаконное обогащение.

Президент Порошенко попал в цугцванг.

Если он поддержит проевропейскую часть украинского общества, то будет действовать против основных интересов своего ближайшего окружения.

Однако, если он решит действовать в соответствии с интересами своих соратников, то в конечном итоге окажется среди врагов проевропейских реформ в Украине.

Три года назад предшественник Порошенко уступил давлению России и пренебрег европейскими устремлениями украинцев, что закончилось его позорным побегом в Ростов-на-Дону.

Какой будет выбор Петра Порошенко в, казалось бы, другой, но, по сути, очень похожей ситуации?

Время покажет.

Оригинал на New Eastern Europe