Сгоревшие Wildberries: как согнать Россию с дивана

Российскому обществу нужен более прозаичный сигнал: война добралась до твоей полки с товарами, и дальше будет только хуже. И оно его получает

В ночь на 22 июля дроны вновь ударили по складам Wildberries. На этот раз на юге России - в Краснодаре и Невинномысске. Это уже вторая волна за пять дней — 18 июля были Котовск и сердце логистики WB - Электросталь, 300 тысяч квадратных метров.

Эти удары высветили масштаб WB, который собственники умело маскировали и долгие годы выживали, благодаря этой маскировке. Теперь все становится на места. Wildberries - это не просто один из интернет-игроков, а монстр, который контролирует 45% российского рынка онлайн-торговли, а вместе с Ozon — 80%. Для сравнения: у Amazon в США — 38%. То есть российский маркетплейс держит в своей стране даже больше, чем американский гигант в своей. Оборот рынка — порядка 13 трлн рублей ($167 млрд), на площадке работают 1,2 млн продавцов. OSINT-аналитик Крис О’Вики считает, что реальный ущерб для экономики РФ выше заявленных компанией $1,2 млрд — восстановление таких хабов занимает месяцы, а бьёт это по огромному числу мелких предпринимателей одновременно.

Wildberries не просто бизнес — это инфраструктура, через которую вся Россия взаимодействует с экономикой. Именно поэтому удары по складам WB — не про фронт и не про Кремль. Это про диван, с которого россиянин заказывает кроссовки, зарядку для телефона и корм для кота.

Вся логика принуждения к миру последних десятилетий строилась на одном допущении: страну можно заставить остановиться, если додавить её элиту — генералов, олигархов, министров. Электросталь и Невинномысск ломают это допущение. Дрон, летящий на склад маркетплейса, не целится в Генштаб. Он целится в привычку — в то самое ощущение нормальности, которое позволяет российскому обществу жить войной как фоном, а не как содержанием жизни.

Когда сгорает армейский обьект — общество читает об этом в новостях и идёт дальше. Когда неделями не работает пункт выдачи в соседнем доме, когда заказанные вещи зависают неизвестно где, когда продавец — сосед, родственник, знакомый — теряет бизнес, потому что склад сгорел, а компенсации нет, — вот тут начинается другой разговор. Не о геополитике, а о том, что лично у тебя что-то не работает. И виновата в этом не абстрактная «военная операция», а вполне конкретное решение продолжать её.

Впервые за четыре с половиной года войны рунет заполнен истериками продавцов маркетплейса. Их сотни, возможно тысячи — видео, посты, сторис, где люди в прямом смысле плачут перед камерой, показывая пустые витрины личных кабинетов, зависшие заказы, невозможность оформить возврат даже с непострадавших складов. Ни дефицит бензина в Крыму, ни очереди на заправках юга России, ни перебои с топливом в целых регионах не вызывали такой концентрированной, эмоциональной, массовой реакции.

Это и есть настоящее принуждение к миру — не через страх перед ракетой, а через разрушение невидимого, но очень прочного механизма бытовой жизни.

Российскому обществу нужен более прозаичный сигнал: война добралась до твоей полки с товарами, и дальше будет только хуже. И оно его получает.

Виолетта Гройсман

P.S. Пока прилетало по чужим домам и чужому бизнесу — «мы вне политики, давайте не будем раскачивать». А теперь политика наконец добралась до этих людей.

Война, которую годами вы смотрели по телевизору как чужое реалити-шоу, внезапно вошла в личный кабинет продавца Wildberries.

Судя по распространяемой информации, после ударов по складам WB тысячи предпринимателей остались без товара, денег и бизнеса. Огромные ангары оказались практически беззащитными, а несколько дронов нанесли ущерб, последствия которого будут разгребать месяцами.

И вот здесь заканчиваются победные сводки и начинаются кредиты, долги, сорванные поставки и семьи без дохода.

Война вообще имеет неприятное свойство: рано или поздно она перестаёт быть картинкой на экране. Она приходит в твой город, на твою работу, на твой склад и в твой банковский счёт.

Конечно, далеко не каждый продавец поддерживал войну. Многие просто пытались работать, кормить семьи и не лезть в политику.

Но есть и другая правда: невозможно годами делать вид, что происходящее тебя не касается, потому что ракеты летят куда-то далеко. Нельзя строить «стабильный бизнес» внутри страны, которая ведёт большую войну, и надеяться, что война будет аккуратно обходить твой склад стороной.

Сегодня сгорел товар. Завтра встанет логистика. Послезавтра исчезнут поставщики, страховка и покупатели. А потом человек, который вчера говорил: «Я вне политики», внезапно обнаружит, что политика уже внутри его кошелька.

Война всегда выставляет счёт.

Просто одним он приходит сразу, а другим с небольшой задержкой.